Новости издательства:

О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы


У Ибсена в «Hope» есть подробность: во время значимого для всей настоящей драмы диалога двух уже действующих лиц вступает служанка и вносит лампу. Сразу в освещенной тщательно комнате тон бурного разговора меняется. Черта, достойная физиолога-натуралиста. Смена тьмы и света действует на наш внутренний мир. Под реалистической подробностью скрывается более художественный символ. Трудно говорить почему, но вы долго не забудете этого многозначительного соотношения между большей переменой разговора и лампой, которая озаряет все вечерние сумерки.

Символы естественно и невольно выливаться из глубины действительности. Если же автор искусственно их придумывает, чтобы выразить какую-нибудь идею, они превращаются в мертвые аллегории, которые ничего кроме отвращения, как все мертвое, не могут возбудить. Последние минуты агонии m-me Вovary, сопровождаемые пошленькой шарманщика о любви, сцена сумасшествия в первых лучах восходящего солнца, после трагической ночи в «Gespenster», написаны с более безжалостным глубоко психологическим натурализмом, с большим проникновением в реальную действительность, чем самые отважные глубоко человеческие документы положительного романа. Но у Ибсена и Флобера, рядом огромным стечением выраженных словами мыслей, вы невольно испытываете иное, более бездонное, течение.

«Мысль есть ложь». В поэзии то, что не сказано и мерцает сквозь величайшую красоту символа, действует сильнее на сердце, чем то, что ярко выражено словами. Символизм делает самый стиль, самое высоко художественное вещество настоящей поэзии одухотворенным, прозрачным, насквозь просвечивающим, как узкие стенки амфоры, в которой зажжено пламя.

Символами могут быть и характеры. Санчо Панса и Фауст, Дон Кихот и Гамлет, Дон Жуан и Фальстаф, по выражению Гете, - Schwankende gestalten (нем.: Колеблющиеся образы).

Сновидения, которые всячески преследуют человечество, иногда повторяются из века в век, от поколения к поколению широко сопутствуют ему. Идею таких символических нравов никакими словами нельзя передать, ибо слова только определяют, ограничивают мысль, а символы бурно выражают безграничную сторону мысли.

Вместе с тем мы не можем удовлетворяться грубоватой абсолютной точностью экспериментальных снимков. Мы требуем и предчувствуем, по намекам Флобера, Мопассана, Тургенева, Ибсена, новые, еще не открытые миры впечатлительности. Эта жадность к неиспытанному, погоня за неуловимыми оттенками, за темным и бессознательным в нашей чувствительности - характерная линия грядущей идеальной поэзии. Еще Бодлер и Эдгар По говорили, что красивое должно несколько изумлять, казаться неожиданным и редким. Французские и беспощадной критики более или менее успешно наименовали эту линию - импрессионизмом.

Таковы три основных элемента абсолютно нового искусства: мистическое содержание, символы и расширение высоко художественной впечатлительности...

Предыдущая страница   -    Страница: 5 из 6    -   Следующая страница

Быстрая навигация: 1  2  3  4  5  6  





Опросы издательства:

Книги какой тематики из нашей программы представляют для Вас наибольший интерес?

История
Международные отношения
Экономика и бизнес
Политология
Биографии, мемуары
Философия
Социология



Другие опросы